Рождается букварь, звучит кални…

Коренные народы Севера, проживающие на Сахалине,

в полном смысле слова – малочисленные. На острове их чуть больше трех тысяч: нивхи, ороки, эвенки и нанайцы. Культура каждого из этих народов – часть одной, неразрывной цепи. Выпадение даже одного звена – потеря, которую восполнить практически невозможно.
Оленный народ –

уйльта

Ороки, или, согласно старому самоназванию, уйльта, – народ на самом деле уникальный. Их осталось 350 человек, и живут они только на Сахалине. В свое время прослыли уйльта оленным народом – разводили ездовых оленей, однако и рыбалкой промышляли. Их традиционная культура оказалась наиболее уязвимой, утеряно, к сожалению, уже очень многое. Вместе с ушедшими из жизни стариками канули в Лету обряды и секреты мастеров, а символы оставшихся орнаментов – своего рода книга таинств.

Главная причина в том, что у уйльта до сих пор нет письменности. То, что передавалось из уст в уста и дошло до сегодняшнего дня – лишь маленькая толика культуры самобытного народа. Чтобы тоненькая ниточка не оборвалась окончательно, Департамент образования, культуры и спорта Сахалинской области, объединив ученых и этнографов, взялся восполнить этот пробел. Создан алфавит народа уйльта. Около трех лет идет работа над букварем, и он уже в качестве эксперимента предлагается детям. В городе Поронайске с подрастающим поколением занимается одна из разработчиков букваря Минато Сирюко, сама по национальности уйльта. В поселке Вал, что на севере Сахалина, Ирина Яковлевна Федяева, тоже уйльта, учит родному языку ребят из детского сада. Здесь же, в поселке Вал, сложился коллектив «Сородэ». На языке уйльта это означает «здравствуйте». В Поронайске есть ансамбль «Мэнгумэ илга» («Серебряные узоры»).

С созданием букваря появилась надежда, что язык оленного народа, обретя письменность, останется жить.

Несколько лет назад покинула этот мир Огава Хацуко – жительница Поронайска. Она была интересным мастером, можно сказать, одним из последних, придумывала и вышивала узоры, которые, по словам Александры Марамзиной, заведующей сектором декоративно-прикладного искусства народов России Сахалинского областного краеведческого музея, были самой природой. Не произошло преемственности поколений. Почерк мастера остался в коврах, декоративных панно, предметах быта, которые сегодня хранятся в музейной коллекции. Этнографам и художникам еще предстоит прикоснуться к этому сокровищу, чтобы попытаться его возродить.

НивхскАЯ ФЛЕЙТА

Кални – древний музыкальный инструмент нивхов. Это длинная трубка из высушенного стебля растения, которое мы знаем как медвежью дудку. На Сахалине она достигает двухметровой высоты. Нивхи как бы выпевают свои мелодии в кални. Сегодня в Тымовском районе есть люди, которые не только владеют этим музыкальным инструментом, но и обучают молодежь. И потому с уверенностью можно сказать: древний кални уже не замолчит.

Вообще национальная культура нивхов – самого многочисленного на Сахалине из коренных народов (их больше двух тысяч) – сохранилась наиболее полно. Яркие ее представители – это те, кому за пятьдесят. Они знают родной язык, хорошо помнят традиции, бытовавшие когда-то у их предков. Гордость Сахалинской области – народный ансамбль «Пилакен» из села Некрасовка, который существует уже больше полувека и приобрел мировую известность, побывав с гастролями во многих странах. Сегодня им руководит Ирина Сы. Здесь поют, танцуют, играют на музыкальных инструментах около пятидесяти человек: и убеленные сединами, и совсем юные.

Сахалинским областным краеведческим музеем и Центром народного творчества собран богатый архив фотографий, аудио- и видеозаписей, на которых зафиксированы старинные обряды и ритуалы. Созданы и нотные сборники с нивхскими ритмами и мелодиями. Словом, молодежи есть на чем учиться. Другое дело, что современному человеку далеко не просто влиться в древнюю культуру, почувствовать себя с ней единым целым. К примеру, ритуальный танец тигдь – подражание медведю – могут исполнить только старики. Этой особой пластике не научишь, она должна быть в крови. Так же, как и не научишь горловому пению, требующему особого чутья.

К счастью, еще полна сил нивхка Лариса Лукинична Иванова – одна из немногих исполнителей, владеющих секретом импровизации, создатель народных песен. Когда умерла последняя нивхская шаманка Зоя Агню (национальное имя Шойгук), Лариса Лукинична написала удивительную песню-плач. Исследователи говорят, что это своего рода шедевр народного музыкального искусства.

ниточка

не оборвалась

Декоративно-прикладное искусство нивхов – особая строка. Мастера, получившие в детстве уникальный опыт, сегодня развивают его и передают молодым. Ольга Анатольевна Няван из Некрасовки – большой знаток народного искусства – уже воспитала дочь и внучку, передав им свое умение.

Внучка Ольги Няван, окончив художественное училище, вернулась в родное село и работает в школе-интернате.

Выделывать рыбью кожу и вышивать затейливые орнаменты учит детей из Чирунвда Галина Вагзыбина.

В Ногликском районе сложился коллектив народных умельцев разного возраста. Лидия Демьяновна Кимова – одна из ведущих мастеров Дальнего Востока. Зная в совершенстве обычаи нивхов, она создает не только традиционные вещи, но и современные работы. Сделанные ее руками ковры, халаты, панно из рыбьей кожи вошли в коллекцию аборигенного искусства Сахалинских областных краеведческого и художественного музеев. А в красивых рубашках, вышитых Лидией Демьяновной, ходили такие знаменитые люди, как доктор наук из Санкт-Петербурга Чунэр Таксами, известный нивхский писатель Владимир Санги.

Есть на Сахалине и молодые мастера. Наталья Пулюс сама придумывает орнаменты, работает с рыбьей кожей, преподает в школе искусств в Ногликах. Нивхи всегда слыли знатными резчиками по дереву, и этот пласт культуры не утрачен. В селе Некрасовка Охинского района живет Валерий Яковлевич Ялин. В Ногликах – молодая резчица Марина Кавозг. Оба мастера создают вещи, которые могут украсить экспозицию самого взыскательного музея России.