После недолгого раздумья Бурятия, похоже, не только дала согласие федеральным властям на разработку уранового месторождения в 60 км от Багдарина, но и влезла с головою как соучредитель в новый экономический прожект, обещающий дать казне республики захватывающую дух огромную деньгу.
С одной стороны такое дело надо приветствовать. Ведь негоже Бурятии “сидеть” на 14 тысячах тонн урана, 120 тоннах скандия и 6 тысячах тонн редкоземельных, причем именно Хиагда по оценкам МАГАТЭ входит в число лучших (по запасам) урановых объектов России. С золотодобычей, слава Богу, дело более-менее, при помощи заграницы, со скрипом пошло. Берегись, Москва, - теперь закидаем золотом! А уран… Хотя горько шутят, что выделяемая им радиация - это прекрасная невидимая смерть без цвета и запаха, но “голод” на сей продукт во всем мире величайший, ибо это ведь не одни только атомные бомбы, но и перспективный энергоресурс для промышленности, из которого можно сделать неплохие “бабки”. Так и было создано ОАО “Хиагда” под патронажем Забайкальского ГОКа.
Сегодня рудник Хиагда пока считается полигоном для проведения опытных испытаний с целью определения геотехнологических показателей. Здесь пробурили 19 закачных, 5 откачных и 6 наблюдательных скважин, через которые в рудное тело месторождения с 15 марта 1999 года начата закачка раствора концентрированной серной кислоты. Выкачиваемая жидкая масса добытого урана поступает по трубам в цех гидрометаллургии, где получают концентрат, пригодный для отправки на обогащение в г. Краснокаменск Читинской области.
Поразительное совпадение: проклятые заморские буржуины всучили Бурятии такую технологию, по которой мы получаем с наших месторождений некие промежуточные продукты, похожие на золото или уран, а “доводка” их до кондиции производится в другом месте (по золоту аж на Урале!). Понятно, что за услуги сторонних организаций надо платить, и, видимо, частью готовой продукции. Но мы же не крохоборы какие-нибудь: у нас запасов этих – бери не хочу.
Хотя в отношении урана федеральные органы оставят Бурятии, если не равную половину, то хотя бы рожки да ножки, но правительственные головы считают, что дело в любом случае очень выгодно. Например, только в ходе эксперимента должны получить из скважины 50-60 тонн урана, 250-300 кг скандия и 15-20 тонн редкоземельных элементов. Затраты на все это дело составят около 300 миллионов рублей в ценах 1992 года. Но при этом реализация полученных продуктов даст казне 1,5 млрд. рублей. То есть уже в первый год затраты должны окупиться, а рентабельность составит 500 процентов. Ну, а в дальнейшем с многократным наращиванием производительности испытательного полигона планируется выход на более фантастическую рентабельность – 1000 (!) процентов.
Это, так сказать, общие цифры. А сколько же перепадет Бурятии? Подсчитано, что только отчисления за пользование нашими недрами дадут республике 250 млн. рублей и почти столько же в бюджет Баунтовского района. А это пенсии, зарплаты, здравоохранение и образование, культура и наука.
Бывал я и в Краснокаменске, и в другом “урановом” городке Читинской области – Орловском. Что можно сказать: городки эти – прекрасный пример того, как умеют (или умели в прошлом) люди жировать на пользующихся спросом месторождениях. Хотя я бежал от сих “земель обетованных” как черт от ладана, наслышавшись о коварстве радиационного излучения, но местный люд уверял, что с радиационным контролем и техникой безопасности у них все в порядке. А ломящиеся от продуктов полки магазинов, прекрасный соцкультбыт и длинная деньга при выдаче зарплаты – это, так сказать, заслуженная плата за страх. Ах, неужели и у нас на северных просторах республики возникнет такой же город-сказка, где люди будут жить, как при социализме?!
Эти слова да Богу в уши! Что касается устроителей будущего экономического чуда республики, то их уши, похоже, затмил предстоящий звон монетного дождя. Месторождение месторождению рознь. А с урановым беспечность недопустима. Большие деньги – хорошо, но они имеют и обратную сторону. Как быть с радиационной безопасностью для людей и окружающей природы?
Оказывается, ОАО “Хиагда” до сих пор не получило на свою деятельность лицензию Госатомнадзора РФ, хотя Читинское представительство вроде бы как и не против. Сама идея подземного выщелачивания, хотя и привлекательна экономически (не надо вести карьер открытым способом), но сомнительна технически, ибо рабочий проект не прошел экспертизу в системе Госатомнадзора России (а точнее, технико-экономическое обоснование идеи будет составлено только по результатам работы на опытном полигоне!). Но напрасно кое-кто уже трубит в победные литавры. Геологический объект находится на начальной стадии освоения. Непосредственного контакта с радиоактивным веществом еще не происходило. Воздействие радиации на производственный процесс начнется с момента откачки обогащенного ураном раствора. Тогда никому мало не покажется: если сегодня на поверхности земли значение радиации по сути дела фоновое – 15 микрорентген в час, то в скважинах счетчик “подскакивает” до 75 мкр/час. Что же там, в глубине рудного тела, никто не знает. А какова будет радиация в цехах, где будет перерабатываться выкачиваемый раствор?
В Хиагде никто толком не может ответить и на такие экологические вопросы, как возможные потери закачиваемого под землю раствора серной кислоты, каково ее воздействие на загрязнение подземных и грунтовых вод, какова гарантия контроля за расходом и откачкой злополучного губительного раствора. А все потому, что знания о гидрогеологии карьера равны нулю.
Что касается земной поверхности, то и здесь сплошные нарушения природоохранного законодательства и, мягко говоря, наплевательское отношение руководства к условиям труда рабочих.
На таких вредных производствах, как урановое, особое внимание должно быть уделено санитарно-гигиеническому обслуживанию рабочих. Но в Хиагде о гардеробных, душевых, умывальниках, уборных, помещениях для обогрева, респираторных, комнатах отдыха и психологической разгрузки только мечтают. Не проводятся исследования питьевой воды из артезианской скважины на химические и бактериологические показатели. Нет даже медицинского пункта. Отсутствует перечень работников с вредными условиями труда, никто не задумывался о выдаче молока и других равноценных продуктов, средств индивидуальной защиты. Не выполнено обязательное страхование ответственности за причинение вреда жизни, здоровью, окружающей природной среде в случае аварии на опасном производственном объекте. Филькиной грамотой является ни с кем не согласованный план-график контроля условий труда работающих, включая радиационный.
Впрочем, есть еще одна проблема, которая волнует природоохранников не меньше, чем само урановое месторождение. Лес рубят – щепки летят - гласит народная пословица. А если вместо щепок будут разлетаться радионуклидные отходы и другие опасные компоненты технологического процесса добычи урана? Где станут захоранивать смертоносные отходы? Не в дебрях ли Яблонового хребта, куда Байкальский институт природопользования СО РАН по заданию “свыше” тайно разработал проект транспортировки по железной дороге?
А взять ту же шоссейную дорогу из Баунтовского района на Читу, по которой к нам завозят серную кислоту, а обратно – урановый концентрат на переработку в г. Краснокаменске. Мало кто знает о том, что 23 мая 1999 года на 26-м километре автотрассы Романовка-Багдарин уже случилась первая экологическая катастрофа, когда при опрокидывании автомашины вылилось 7 тонн серной кислоты. Хотя площадь загрязнения составила не более 70 квадратных метров, но борьба с кислотой длилась 3 дня в общерайонном масштабе. Пригнали землеройную технику, подняли людей, завезли 800 кг гашеной извести, 200 кг кальцинированной соды, 45 тонн (!) доломитовых известняков, 8 тонн соды, 30 кубометров древесных опилок, заново перекрыли нарушенный участок трассы.
Объем восстановительных работ впечатляет. Но тревожит другое: а последнее ли это происшествие, ибо перевозка кислоты по тяжелой трассе только начинается? А с переправой через своенравную реку Витим вообще одни вопросы. Ну, не дай Бог загремит кислотовоз в реку – тогда впору посылать тысячи безработных жителей Бурятии на помощь Якутии собирать нежданный-негаданный “урожай” погибшей рыбы.
С концентратом урана головной мороки не меньше. Кто даст гарантию, что во время автоперевозок и здесь не случится беды. И будут радионуклидные частицы урана лежать необнаруженными среди таежных дебрей, бесшумно распространяя вокруг себя невидимую смерть без цвета и запаха.
Когда этот материал был подготовлен к печати, от и. о. генерального директора ОАО “Хиагда” Г. М. Адосика пришел пакет документов, из которого явствовало, что руководство ОАО оперативно отреагировало на предписание межведомственной комиссии республики и разработало программу устранения замечаний. Кое-что, если верить письму, уже сделано, многое находится на стадии завершения. Поэтому есть надежда, что люди, работающие на исключительно вредном для здоровья горнорудном (урановом) предприятии, не будут чувствовать себя смертниками и все же построят в Баунтовском районе среди зоны вечной мерзлоты чудо-город-сад, а пустая республиканская казна наконец-то заполнится нескончаемой рекой рублей, долларов, йен, марок, фунтов и прочей денежной наличности.
Лишь бы не оказалась урановая затея очередной экономической химерой, кои нередко плодятся в головах наших “отцов” республики.
Справка: Республика Бурятия относится к числу немногих мест в России, где имеется высокий уровень естественного радиационного излучения. К этому прибавляется высокая интенсивность космического излучения, в два раза превышающая средний уровень по стране и техногенное загрязнение от ядерных испытаний в Семипалатинском полигоне и полигоне Лобнор в КНР. Все это обусловило ежегодную прибавку в 30-40 больных с заболеванием крови. Из районов поступают больные с запущенными случаями: кровь из носа, ушей, глаз, септическая температура, системное поражение внутренних органов. На учете в поликлинике при республиканской больнице состоит 653 пациента с этим заболеванием. На сегодняшний день 71 человек из состоящих на учете умер. Теперь же мы, в погоне за большой деньгой, собственными руками вскрываем еще один смердящий источник радиоактивного излучения, который при отсутствии защитных мероприятий значительно пополнит число больных раковым заболеванием, против которого медицина бессильна.
